Младший брат - Страница 119


К оглавлению

119

Так что закрывайте книгу, и вперед! Мир полон охранных систем. Взломайте хотя бы одну.

Брюс Шнейер

Послесловие Эндрю «Банни» Хуана, хакера иксбокса

Хакеры — это первопроходцы, пионеры освоения цифровых технологий. Им не привыкать ставить под сомнение устоявшиеся стереотипы и браться за решение самых трудных задач. Любая сложная система — забава для хакера; отсюда, как побочный эффект, его естественный интерес к проблемам, связанным с безопасностью. Общество являет собой большую сложную систему, а значит, представляет особый интерес для хакеров. В итоге о них зачастую складывается представление как об иконоборцах и социальных маргиналах, которые по своей беспокойной натуре и другим покоя не дают. Когда я в 2002 году, будучи студентом Массачусетского технологического университета, «расколол» иксбокс, у меня и в мыслях не было бунтовать или наносить кому-то ущерб; я только следовал внутреннему бессознательному влечению, какое возникает, когда берешься ремонтировать сломанный ай-под или из любопытства лезешь на крыши и в туннели МТУ.

К сожалению, тот факт, что хакеры не вписываются в рамки социальных норм, в сочетании с их «опасным» умением считывать информацию с пластиковых карт и вскрывать замки, вызывает у части населения боязливое отношение к ним. Однако типичная мотивация хакера проста, как у любого инженера: я создаю конструкции, потому что мне нравится это делать. Меня часто спрашивают: «Зачем вы взломали систему защиты иксбокса?» Ответить на этот вопрос нетрудно. Во-первых, вещи, которые я покупаю, становятся моей собственностью. Если кто-то говорит мне, что можно и что нельзя делать с моей аппаратурой, значит, это не моя аппаратура. Во-вторых, потому что руки чешутся. Икс-бокс — достаточно сложная система, следовательно, представляет интерес. Мне было очень приятно копаться в ней по ночам, отдыхая от работы над моей диссертацией.

Мне повезло. Тот факт, что я хакнул иксбокс, когда учился на выпускном курсе аспирантуры МТУ, оправдал мой поступок в глазах нужных людей. Однако право быть хакером не должно ограничиваться студентами вузов. Я начал заниматься этим совсем мальчишкой, учеником начальной школы, и, к немалому огорчению родителей, разбирал на детали любой электрический прибор, какой попадался мне под руки. Мое домашнее чтение включало книги по ракетному моделированию, артиллерии, ядерному оружию, а также изготовлению взрывчатки — их я брал в нашей школьной библиотеке (думаю, существенное влияние на библиотечный выбор в государственных школах оказала холодная война). Кроме того, я вдоволь наигрался с самодельными фейерверками и излазил все открытые стройплощадки тогда еще только возводящегося жилья в моем районе Мидвестерн — занятия, возможно, не самые благоразумные, однако наделившие меня ценным опытом, который пригодился в более зрелом возрасте. Опять же терпимость и доверительное отношение родителей и соседей воспитали во мне свободомыслие.

Жизненные реальности оказались не слишком благоприятными для начинающих хакеров. Сюжет «Младшего брата» показывает, насколько внезапно мы можем переместиться из сегодняшней действительности в мир, где умирает социальная терпимость к новым, непривычным мыслям. Недавнее событие продемонстрировало, как близко подошли мы к черте, отделяющей нас от ситуации, описанной в «Младшем брате». Мне посчастливилось прочитать самый первый вариант книги еще в ноябре 2006-го. Спустя каких-то два месяца, в конце января 2007 года, бостонская полиция обнаружила предполагаемые взрывные устройства и закрыла город на целый день. Устройства оказались всего лишь электронными платами с мигающими светодиодами, рекламой мультипликационного шоу на «Картун-Нетворк». Художников, сотворивших это урбанистическое граффити, арестовали и завели на них уголовное дело. В итоге продюсеры телешоу раскошелились на два миллиона долларов штрафа, а руководитель «Картун-Нетворк» был вынужден со скандалом уйти в отставку.

Так что же, получается, террор победил? Неужели мы настолько запуганы, что легко готовы разглядеть террористов в разного рода фанатах, граффитчиках, хакерах, иконоборцах, в никому не мешающей группе подростков, увлеченной игрой в «Харадзюку-Фан-Мэднес»?

Подобная дисфункция обозначается в медицине термином «автоиммунная болезнь» — когда защитная система организма впадает в такой раж, что перестает узнавать родные клетки и атакует их. В результате организм саморазрушается. Именно сейчас Америка находится на грани анафилактического шока, пресытившись своими свободами, и нам необходимо сделать самим себе предохранительную прививку. От этой паранойи не излечит научно-технический прогресс, напротив — прогресс способен усугубить ее. По сути, он превращает нас в заложников собственной изобретательности. Не решает проблему и принуждение миллионов людей ежедневно снимать с себя обувь и верхнюю одежду и проходить в таком виде через рамки металлоискателей. Это лишь в очередной раз напоминает населению, что им есть чего бояться, а для целеустремленного противника создает не более чем легко преодолимую преграду.

Истина же заключается в том, что мы не можем ждать и надеяться, когда кто-то придет и вернет нам утерянное ощущение свободы. Нет, никакой M1k3y не объявится и не спасет нас в тот день, когда свобода уступит место паранойе.

Потому что M1k3y сидит в тебе и во мне. «Младший брат» — это напоминание нам, что каким бы непредсказуемым ни было наше будущее, свобода не добывается посредством охранных систем, криптографии, допросов и выборочных обысков. Свобода завоевывается храбростью и самоотверженной решимостью жить свободно и оставаться свободным обществом, невзирая на грозовые тучи, скопившиеся на горизонте.

119